Read in English
Leer en español
Сегодня нас не особо тянет писать про ГофроART, но есть истории, способные немного отодрать лайнер от флютинга. Большая благодарность австралийскому коллеге Лаклану Эбботту (Lachlan Abbott)
Дэниел Коулсон (Daniel Coulson) начал рисовать на коробках после того, как вышел из психиатрического отделения больницы Альфреда в Мельбурне (Alfred Hospital Melbourne).
У него не было денег на холст, в подсобке социального жилья в Альберт-парке, где он проходил реабилитацию вместе с 15 другими «выпускниками» отделения, тоже не было чем особо поживиться любителю искусства. Но он решил, что станет художником. Старые коробки оказались лучшим, что было под рукой.
Спустя годы он по-прежнему пишет на коробках, дюжина портретов углем безмолвно стоят на Рынке королевы Виктории в Мельбурне, пока рядом суетятся покупатели.
— Когда садился рисовать на коробке первый раз, подумал, что это ужасный материал из-за всех этих волн и шероховатостей, — говорит Коулсон. — Но когда сделал первый портрет, эти изъяны показались мне прекрасными.
Дэниел живет с аутизмом и изо всех сил пытается контролировать эмоции. Возможно, поэтому вскоре после выписки он начал рисовать соседей и других людей с такими же проблемами. Перед тем, как писать портрет, он подробно расспрашивает человека и записывает его рассказ.
— У каждого своя история, свои проблемы, которые он как-то решает, — говорит Коулсон. — Я запечатлеваю их образы на старых коробках, а потом выношу на улицу, где они должны были бы выцвести и разрушиться. Но то, как стойко они продолжают держаться, напоминает о силе и стойкости их владельцев.
Выставив работы на Рынке королевы Виктории в этом году, Коулсон поразился неоднозначной реакции людей.
— Негативные выделялись больше. Пинать коробки… наверное, некоторым нравится пинать людей в лицо, — говорит Коулсон. — Это не так больно, когда это делают дети, но когда взрослые… Думаю, люди не вполне отдают себе отчёт, почему так поступают.
Некоторых интересует только, есть ли что-то внутри коробки, они открывают её и смотрят, есть ли в середине бетонная тумба. Другие думают, что картины по ошибке оставили на улице, когда начался дождь. Кто-то даже переставляет по своему вкусу.
Дэниел рад, что его работы заставляют людей задуматься об искусстве, писать отзывы в соцсетях.
— Кто-то говорит, это хорошая иллюстрация того, через что некоторым из нас приходится пройти, когда доходит до потери жилья и психических заболеваний, — говорит он. — Кто-то находит в портретах художественную ценность, но больше всего мне нравится, когда зритель оценивает концепцию. Я рисую то, что вижу, а другие интерпретируют это каждый по-своему.
За художественный шаблон он берёт картину Клода Моне Впечатление. Восходящее солнце.
— Я не эксперт в области психического здоровья и не пытаюсь засунуть в портреты слишком много подоплёки, — говорит он. — Просто надеюсь, что они побудят людей немного задуматься о другой жизни. Возникнет дискуссия, способная развить в людях сочувствие и рассказать новые истории, заставляющие сопереживать.
У меня нет конечной цели. Нет ничего. Я просто делаю то, что делает художник — пытаюсь нарисовать рассвет. В некотором роде, это и мой рассвет.
gofro.expert
Фото Луиса Энрике Аскуи
